Перейти к содержимому
youdontknow

Джатаки-Растаманские Народные Сказки

Рекомендуемые сообщения

youdontknow   
2/2000

ПРО КОНОПЛЯНОГО БУДДУ

 

 

Далеко-далеко в Тибете есть одна гора, а какая - не скажу, потому что не знаю. А стоило бы знать, потому что на этой горе - ну, вы мне все равно не поверите, это никто не верит, но это точно есть. Короче говоря, Конопляный Будда. Стоит себе на вершине горы, уже тысячу лет стоит, сверху его мусором присыпало, снегом замело, и никто не знает. То есть нет! знают, конечно! Легенды всякие ходят: типа, есть в Тибете такой Конопляный Будда, три тонны весом, вылепленный из убойнейшей тибетской мацанки. Откуда он взялся, тут мнения разные: одни говорят, что он с неба свалился, другие говорят, что это был такой святой архат, который сто лет курил-курил-курил и до того прокурился, что теперь его самого курить можно. А третья версия, самая правильная (потому что в последнее время она подтвердилась) - да, так вОт. Третья версия связывает происхождение Конопляного Будды с русским богатырем Ильей Муромцем.

 

Короче, дело было так. Однажды русский богатырь Илья Муромец заспорил с другими богатырями, кто из них самый сильный. Спорили-спорили, синяков друг другу наставили, а толку все нет. И вот приходят они к академику Лихачеву и говорят: слушай, академик, а рассуди-ка, кто из нас самый сильный?

 

А академик говорит: это надо в былинах посмотреть, как там написано. И вот достали они былины, раскрыли и читают: Закинули, значит, богатыри, в небо свои палицы. Долго ли, коротко ли, все палицы на землю упали, а палица Ильи Муромца так и не вернулась. И признали все богатыри, что Илья среди них самый сильный.

 

Тут остальные богатыри говорят: мало ли, что в былинах написано. Надо проверить, как оно на самом деле. И как бросят в небо свои палицы! так после того три дня палицы с неба падали, а палица Ильи Муромца, в натуре, так и не вернулась.

 

Тут остальные богатыри на Илью как погнали! У тебя, мол, палица не настоящая была, ты ее гелием накачал. А Илья: гелием накачал, говорите? А это видели?! А это?! А это?! И с этими словами закидывает на небо свой щит, меч, кинжал, боевой топор, кистень, шлем, кольчугу, сапоги и коня. И надо сказать, что со всей этой хреновины один лишь конь на землю свалился, и то уже дней через пять, когда все за него и думать забыли. Свалился, матюкнулся, отряхнулся и одним мощным пинком закинул Илью Муромца на небеса.

 

Вот так, однако. Влетает Илья на небеса, смотрит - а там Идолище Поганое! Ну, он ему сразу сапогом в нос! Тут, откуда ни возьмись, батальон чертей летучих! Илюша их тоже раскидал и пошел своей дорогой, дырку в небесах искать, чтобы на землю спуститься.

 

Но Идолище-то на самом деле было никакое не Идолище, а Нефритовый Император. Откуда он взялся? Ну, время такое было: Перун уже ушел, а Христос еще не пришел, вот и вклинился какой-то Нефритовый, китайского производства. А Илюша подумал, что Идолище - ну, и зря он так подумал! Потому что Император оказался злопамятный и отомстил русскому богатырю. Во-первых, он все дырки в небе законопатил, чтобы богатырь на землю не спустился, во-вторых, кабаков на небесах понаставил, чтобы он уж точно не спустился. А после всего этого направил на Русь татаро-монгольское иго. И вот пришло татаро-монгольское иго и наделало тут всю ерунду, которую мы до сих пор видим.

 

Хреновые времена на Руси настали, это однозначно. Зато в Тибете настали хорошие времена: злобные монголы, перетусовавшись в Россию, перестали дербанить траву в тибетских палисадниках, и тибетские крестьяне впервые за много-много лет смогли собрать весь урожай конопли. Полностью и без потерь!

 

Урожая оказалось стооолько, что они на следущий год траву не сеяли, а прошлогоднее докуривали, а уже через год все-таки траву посеяли. И вот, когда она созрела, от позапрошлогодних запасов осталось еще три тонны чистого гаша! Так они с него слепили огромадную статую Будды, сверху покрыли тонким слоем воска, потом облили золотом и поставили на вершине священной горы. А там его через сто лет мусором занесло, снегом завалило, и все тибетцы про него забыли. То есть, они, конечно, не забыли, что у них такой Конопляный Будда есть - они про него до сих пор помнят и легенды рассказывают: есть, дескать, где-то в горах трехтонная статуя Будды, вся из чистого гаша, и кто этого гаша покурит, или хотя бы разик напаснется, или даже центров словит, или даже с покурившим за руку поздоровается - того сразу же прихватит вечная Нирвана, и ВСЁ! То есть, вобще ВСЁ!

 

И только один человек в мире знает, где эта статуя стоит. Это, есть такой парень в Одессе, имени называть не буду, потому что он шифруется. Тем более, в дурдоме сейчас сидит. Ну, он с ума сошел. Ну, там было от чего с ума сойти. Вот, прикиньте: пацан имеет год условно. И вот он идет с Палермо с двумя стаканами шмали на кармане. Идет и думает за жизнь свою стремную: у него же год условно, а тут еще два стакана на кармане; вдруг менты наедут - и всё! Тюрьма, бля! И вот, пока он так идет себе и идет, вдруг рядом тормозится машина, с нее выскакивает какая-то девка и кидается ему на шею с криком: Лёлик! Как хорошо, что я тебя нашла! А у самой зрачки больше глаз, и поди ей объясни, что ты не Лёлик.

 

Вот так! А тут два стакана шмали на кармане, тут год условняка - короче, сейчас менты наедут, и всё! А пока он так думает: девчонка ему говорит: Лёлик, ты извини, что тогда у нас вот так получилось, а давай сделаем это прямо сейчас! И начинает очень быстро раздеваться.

 

Пацан только смотрит и думает: ох, ни фига себе! Не, не в смысле, что там девчонка такая роскошная, девчонка как раз была так себе, средней паршивости - но ментам-то по фигу! Вот, они сейчас подъедут, а тут два стакана шмали на кармане, год условняка и плюс ко всему баба голая стоит, уколбашенная напрочь! И пацаны, которые в машине сидят, тоже как-то нехорошо смотрят, а самый крупный пацан уже из машины ломанулся, типа на разборку. А тут как раз и ментовозка подъезжает. Вот это, блин, попадос!

 

Но тут вдруг БАБББАХ! и нет ментов! А потом еще БАБББАХ! и нет машины с пацанами! А потом еще БАБББАХ! и нет девчонки! Это, прикиньте, - короче, это с неба посыпалась вся ота хрень, которую отогда еще позакидывал русский богатырь Илья Муромец! И привалила на фиг всех уродов! А по оконцовке свалился и сам великий русский богатырь, матюкнулся, отряхнулся и пошел коня искать.

 

Да! И вот пацан, короче говоря, после этого умом поехал. То есть, не то что бы даже поехал - никуда он не поехал, а просто въехал, что когда-то давным-давно, в какой-то позапозапозапозапрошлой жизни, он был древним тибетским скульптором и однажды слепил трехтонную статую Будды из чистого гашиша. И мало того: он, блин, даже точно вспомнил место, где эту статую потом поставили! А психиатор ему говорит: ты дурак, тебе лечиться надо. Хотя кто из них дурак, это еще посмотреть, на самом деле.

 

ПРО ИНВАЛИДОВ

 

 

Жила на свете женщина без рук. Но она все ногами делать умела: и готовила, и стирала, и шила-вышивала, и картинки рисовала, и даже косяки ногами забивать умела! Вот, например, выходит она в парк Горького, садится на скамеечку, разулась -- и погнала косяки забивать! А толпа-то кругом толпится, косяки расхватывает и тут же раскуривает, а ментов на фиг вобще не подпускает. Они, блин, только сунутся, а им сразу БАЦ! Они другой раз сунутся, а им другой раз тоже БАЦ! БАЦ! Они третий раз сунутся - не! они третий раз не сунутся, у них вобще дураков нету, по третьему разу соватся. По третьему разу они начинают действовать стратегически. И засылают к этой женщине очень хитрого менеджера. А он ей и говорит: слушай, Оля! И чего ты в этом захолустье киснешь? Ты же все ногами умеешь делать, это ж такой фокус, что куда там тому Давиду Коперфильду! Давай с тобою гастроль забацаем, чтобы ты во всем мире прославилась.

 

И вот стартовало всемирное шоу. Под названием "ЗАЧЕМ НАМ РУКИ?". Выходит, короче, на сцену женщина без рук, и полтора часа подряд рисует, вышивает, пляшет, шариками жонглирует, гайки отвинчивает, автомат разбирает-собирает, из пистолета китайского по зажигалкам стреляет -- а под конец забивает много-много косяков и всем зрителям раздает. Тут начинается всемирный бешеный успех, все мужики в нее повлюблялися, пошли предложения со всех сторон: и замуж выйти, и в кино сниматься, и даже президентом стать. А тут приходит к ней другая женщина без рук и говорит: здравствуй сестра. Мы тут подумали над твоим вопросом и решили, что ты права. Зачем нам руки? Не нужны нам руки! И вот мы тоже поотрезали себе руки и просим тебя возглавить нашу международную организацию.

 

А она ей отвечает: ну, вы, блин, даете! Прямо скажу, подруга: не от большого ума вы это сделали. Я ведь всю жизнь о руках мечтала, да и сейчас мечтаю: вот заработаю много денег и закажу себе железные руки, чтобы юбку эту поганую снять и штаны наконец надеть. Потому что побриться-то и ногами можно, а вот конец из штанов без рук не достанешь.

 

Подруга-то безрукая сперва даже ничего не поняла: какой-такой конец? Ты же вроде бы женщина. А та ей отвечает: сама ты, блин, женщина. А я на самом деле мужчина, только в бабской одежде. Потому что женщина без рук - это пикантно и прикольно, а безрукий мужик всем противен и никому не интересен, не то что безногий. Вот, был у нас один безногий мужик, по вокзалу тусовался, на протезы собирал, так он же за два года квартиру себе купил. А потом машину купил. А потом вобще разбогател, но все равно продолжал тусоваться и попрошайничать. И вот, однажды сидит он на своей тележке, а тут подходит к нему волшебная собачка и говорит человеческим голосом: здравствуй, Иван Денисович! Долго я тебя искала и наконец нашла. А сама я не местная, родом из Ливерпуля, и работала я там по борьбе с наркотиками. Бывало, приходим мы к растаманам траву искать, так я похожу-понюхаю, а потом головою мотаю да руками развожу: нету, дескать, ни травиночки ни пылиночки. Менты уходят, а я вечерком к тем же растаманам захожу, отвисаю по полной программе, они еще отсыпать предлагают, да только куда мне отсыпать? У меня ведь карманов нет, да и косяк забить я не умею. И взорвать его тоже для меня проблема. И шифроваться я не сразу научилась. А пока я шифроваться училась, менты заприметили, что я каждый день укуренная хожу, и отправили меня китайскому императору на праздничый стол.

 

А император тем временем занемог и скончался. И вот я приезжаю, а там все в панике: император помер, а наследника-то и нету! Был, говорят, один, да вот похитили его в раннем детстве, и теперь никто не знает, где он есть. Тогда я и говорю: а не осталось ли от вашего наследника шмоточки какой завалящей? Я бы его поискала бы, и может быть, даже я его найду, и будет у вас опять император.

 

Тогда безногий мужик спрашивает: а для чего ты мне эту шнягу рассказываешь? А собачка как заржет: ох, и глупый ты мужик, Иван Денисович! Ты ведь и есть тот самый наследник китайского императора, и вот теперь добро пожаловать на китайский трон!

Тут-то Иван Денисович и задумался. Оно, конечно, с одной стороны и неплохо, но с другой стороны, на вокзале у него место козырное, кровью добытое, и бросать его неохота. И вот он собачку спрашивает: а деньгами взять никак нельзя? А собачка говорит: нельзя, брат, нельзя. Потому что на самом деле я не собачка, а белочка. И сейчас тебя зверски укушу. РРРЫЫЫЫЫ!!!!!

 

Вот так вот безрукая женщина, которая на самом деле совсем не женщина, а мужчина переодетый, вот. Да. Так вот, однако. Там же, на самом деле, мужика-то безногого не было, а это просто безрукая же... мужчина! всю эту телегу рассказывала, от начала до конца. И как дошла она - блин! И как дошел он, блин, до слов про белочку, и как вдруг зарычит: РРРРРЫЫЫЫ!!!! А безрукая подруга с перепугу на пол села и сидит-не-встанет. А мужчина ей говорит: вот видишь, подруга, как все непросто? Собачка белочкой оказалась, женщина - мужчиной, а кто же ты на самом деле? А та отвечает загробным голосом: а я на самом деле... Дура я на самом деле! На фига я себе руки отрезала? И горько зарыдала. Хреново, однако, инвалидом быть!

 

Но в нашей сказке все хорошо кончилось. Приехали санитары, забрали глупую женщину и пришили ей руки обратно. И всем другим глупым женщинам тоже руки попришивали. А безрукий мужчина, который женщиной был, купил себе железные руки, стал президентом и полетел на Марс. А на Марсе жил безголовый сказочник, который всю эту сказку придумал. И вот мужчина взял его железной рукой за нужное место и говорит: а ну, переписывай сказку, чтобы в ней инвалидов не было! А сказочник отвечает: как же я ее перепишу, если же она так и называется: ПРО ИНВАЛИДОВ. Не будет в ней инвалидов - не будет и сказки. Во, гад! Дать бы ему по голове, так головы-то у него как раз и нету! А раз нету головы, значит, всё через жопу - вот такая сказка получается.

 

Добавлено через 4 мин.:

СКАЗКА ПРО НЕСПАЛИМЫЙ КРОПАЛЬ

 

 

Короче, значит, банкир. Такой себе нормальный банкир, костюм-галстук, работа вместо жизни, и не сказать, что она его прет! не, она его совсем не прет! она его харит, кумарит и всячески обламывает, но он ее все равно работает-работает-работает. Потому что хочет заработать столько денег, чтобы потом уже никогда не работать. А чтобы положить эти деньги в хороший банк и жить себе на проценты, где-нибудь в деревне, вдали от суеты и прочих извращений - ну, это все сейчас хотят. Или, по крайней мере, говорят, что хотят - в натуре, кого ни спросишь, у всех одно и то же: в деревню! в глушь! и чтобы всего этого никогда не видеть и не слышать и не помнить, и, кого не любишь, в лицо не знать, и смотреть на звезды, и жить спокойно - вот такая нынче тема самая модная. А потом встречаешь их через десять лет, а у них все та же работа, все десять лет без отпуска, и все те же мечты: ну, вот, еще чуть-чуть, и в деревню, хотя уже давно все ясно и очень грустно. Но хрен ли тут грустить - Работать Надо!

 

Да. Но тот банкир, чтО я за него рассказываю - ему однажды крупно повезло. Он то ли выиграл по облигации, то ли вымутил по каким-то своим делам такую сумму, что уже должно было хватить. Ну, он конечно в деревню не поехал, чего банкиру в деревне делать? Он купил себе квартиру в маленьком подмосковном городишке, перевез туда свои шмотки, книги и магнитофон, а больше ничего не взял - даже телевизора не взял, все жене оставил (или кто там у него был), и машину тоже оставил, и квартиру московскую оставил, вот. И уехал в этот подмосковный город, завис на своей квартире и был АБСОЛЮТНО СЧАСТЛИВ! То есть, целый месяц абсолютно, потом еще месяц просто счастлив, потом еще две недели было хорошо, а потом тоже хорошо, но уж как-то не очень. Потому что захотелось с людьми пообщаться, а люди -

 

Ну, люди. Ну, не сказать, чтобы козлы-пидары-уроды, и не подонки какие-нибудь, обычные простые люди, но о чем с ними разговаривать, когда телевизора не смотришь? Конечно, есть там и нормальные люди, в любом поселке есть нормальные люди, но они либо бедные совсем, либо пьяные с утра, либо укуренные такие, что подойти страшно. А надо сказать, что банкир-то наш тоже ганджа покуривал, но делал это очень осторожно, и чтобы никто об этом не знал. Даже жена, или кто там у него был.

 

И вот настало время, захотелось ему покурить. А с местными барыгами связываться неохота, бо они ж потом не отстанут, и палево на весь поселок. А к своему родному московскому дилеру - к нему же, как поедешь, ну, короче, тоже неохота ехать. Десять причин, чтобы к нему не ехать. А ганджа хочется. И вот, однажды входит он в собственный подъезд и чувствует знакомый запах! Поднимается на собственную площадку - а там стоит дедушка из соседней квартиры и долбит что-то, судя по запаху, оочень интерресное! И наш банкир, проходя мимо него, слегка притормаживает - всего лишь на какую-то долю секунды, но дедушке уже все ясно. Дедушка на него смотрит и спрашивает: Ага? Банкир только головой кивает, и тут же получает конкретно-ядерный паравоз, а потом они заходят в дедушкину квартиру и забивают еще один косяк. И, ясно дело, тут же его раскуривают.

 

Дальше все очень хорошо, но дедушку пробивает на всякие дедушкины базары - типа, вот как раньше было хорошо, а теперь все плохо, и чем дальше, тем хуже. Ну, совсем не позитивный дедушка, и такой неинтересный, что с любой травы попустит. Тогда банкир ему говорит, осторожненько так, чтобы, не обидеть: Извините, Кондрат Касьяныч, мне уже пора, спасибо, трава отличная была - а вот не знаете ли вы, Кондрат Касьяныч, где бы такой травы приобрести? А дедушка говорит: это моя трава, я ее у себя на участке выращиваю. Так что заходи ко мне по-соседски, посидим, покурим, за жизнь поговорим.

 

Банкира от такой перспективы аж передернуло. Он, конечно, виду не подал и лыбу удержал, но дедушка уже все понял. И говорит он банкиру: ты, сосед, если что не нравится, так сразу и говори. А то ведь вижу я, что неприятны тебе мои беседы - давно уж вижу, хоть ты и не говоришь. Но я на тебя не в обиде: ты молодой, я старый, о чем нам говорить? Ты, это, вот что: давай я тебе стакан травы отсыплю - ты с умом куришь, не маньячишь, тебе надолго хватит.

 

И насыпает ему стакан травы. Банкир за деньгами, а дед говорит: не, денег не надо, я ведь травой не торгую. Ты просто, как стакан добьешь, еще заходи. Или вот, еще лучше: возьми-ка вот этот кропалик. Его тебе на всю жизнь хватит, еще и останется. Только ты с ним поосторожнее, потому что крышу сорвет, назад не воротишь.

 

Ну, банкир поблагодарил и юркнул в свою норку. А там приколотил, музыку включил, ванну теплую набрал, и что там еще банкиры с травой делают, не знаю - но, короче, оттянулся в полный рост. И за неделю с голодухи весь стакан в одно рыло - а потом еще неделю вокруг кропалика ходил, все решал, курить иль не курить. А потом все-таки покурил.

 

И ничего. То есть, в самом деле, ничего кругом, только темно и тепло, ничего не видно, ничего не слышно, но так приятно и радостно, что просто слов нет. И в этом темном покое проходит целая вечность - ну, не то что бы конкретная вечность, а такая себе стандартная плановАя вечность, а потом все кончается, смотришь на часы - а прошло-то всего пятнадцать минут! Вот это да!

 

Ну, он в тот же день снова к дедушке, и говорит: Кондрат Касьяныч, я, конечно, понимаю, что вы травой не торгуете, я уважаю ваши принципы, но не сделаете ли для меня исключение? Очень понравился мне тот кропалик, и я бы у вас еще купил, по любой цене, какую вы назначите. А дед ему отвечает: да я бы тебя, сосед, и бесплатно угостил, но нечем. Ты лучше у себя поищи.

 

И тАк он эту фразу произнес, что банкир сразу понял: надо у себя поискать. Приходит домой, заглядывает на нычку - а кропалик лежит где лежал! Ну, банкир его сразу в трубочку, пых-пых - и опять пятнадцать минут вечности; а потом и снова, и снова, и снова.

 

И в конце концов - ну, не надоело ему, блаженство надоесть не может, а просто пообвыкся слегка. И подумал: а почему это я все время прямо перед собой смотрю? Не посмотреть ли по сторонам?

 

Посмотрел направо - ничего нет. Посмотрел налево - а там два желтых глаза. Он его спрашивает: ты кто? А оно отвечает: я желтоглазик. Он его спрашивает: а ты здесь зачем? А желтоглазик говорит: затем же. И тАк вот, слово за слово, начинается у них беседа, и такая приятная - никто не микрофонит, никто не зависает, все темы интересные, все слова понятные, все имена знакомые - ох! вот это ОБЩЕНИЕ! А потом, когда эта вечность кончилась, банкир снова пых-пых, и опять к желтоглазику. И так у них повелось - встречаются и беседуют, пять-шесть раз в день, и больше им ничего не надо.

 

Хорошо, конечно. Очень хорошо. Но тут банкир постепенно начинает высаживаться: а с чего это мне так хорошо? Ведь не может быть, чтобы мне за просто так хорошо было... Ох, неспроста это мне так хорошо! И однажды спрашивает он у желтоглазика: А не знаешь ли ты, почему мы вместе? А желтоглазик говорит: А потому что нам вместе хорошо, вот почему. А банкир: Но все-таки... Вот ты, например... Как ты сюда попал? А желтоглазик отвечает: меня Джа прислал. А банкир спрашивает: а кто это Джа? А желтоглазик ему: Нууу... Джа - это такая правильная сила, которая хороших людей вместе сводит.

 

Вот тут-то банкир по настоящему высадился! То есть, как это: какая-то сила, пусть даже правильная, вмешивается в мою личную жизнь и решает, что для меня лучше? Такая, короче, измена пошла. И на этой измене он к заветному кропалику месяц не притрагивался. Решил отвлечься: книжки почитать попробовал - а они не читаются; музыку послушать - а она как вода меж пальцев; видик с телевизором купил, три фильма посмотрел с интересом, а дальше - без интереса, а потом уже и с раздражением - и не выдержал, достал из нычки свой кропалик и покурил.

 

А там желтоглазик его встречает и говорит: привет, давно не виделись! А я тут, пока тебя не было, книжки читать попробовал, и понял: нету смысла в мировой литературе. И в музыке смысла мало - елозит по ушам, а внутрь нейдет. А потом я кино посмотреть попробовал...

 

Тут банкир его перебивает: Слушай, желтоглазик, а может быть, ты - это я? А желтоглазик: нет, коллега, так не бывает. Я это я, ты это ты - это, помнишь, загадка такая детская была? А банкир говорит: нет, теперь я точно знаю: ты - это я, потому что мне эту загадку отец загадывал, еще в раннем детстве. А желтоглазик на это спокойно так отвечает: и все равно, не может этого быть, потому что Я - это я для меня и ты для себя, ТЫ - это я для тебя и ты для меня, ОН - это Джа, который нас вместе свел, МЫ - это мы с тобой, ВЫ - это как к уродам обращаться, а ОНИ - это и есть всякие уроды-мудаки-зануды, нам ненужные и неинтересные. Вот так-то, брат банкир.

 

И после этих слов перепугался банкир, как никогда в жизни. Запрятал кропалик подальше, побрился, оделся и поехал к своему московскому дилеру, чтобы обычной травы покурить и в реальность вернуться. Привез траву домой - а в квартире курить стремно - мало ли, что еще может случится... И вот он выходит и долбит косяк прямо на лестничной площадке - а снизу по лестнице поднимается кто-то из соседей и рядом с ним слегка притормаживает. Всего лишь на долю секунды, но дальше уже все понятно

 

ПРО ШТРИЛИЦА

 

 

Когда-то, блин, давным-давно, в эпоху ранней перестройки, жили в городе Днепропетровске три юных планокура: Штирлиц, Плейшнер и Карлсон. Жили они весело, но тихо: родителей не расстраивали, учителей не настораживали, ментам на глаза не попадались - а все потому что Штирлиц. Он же ж смолоду шифровальшиком был, каких еще поискать! И у Карлсона родители о чем-то догадывались, и у Плейшнера о чем-то догадывались, а вот у Штирлица ни папа, ни мама, ни бабушка с дедушкой, ни даже младший брат - вот это, блин, шифровка! Даже после того свирепого игреньского молока, когда Плейшнер на изменах с окна прыгал, а Карлсон по свинячке три литра варенья схавал -- вот такое вот было молоко, да. А Штирлиц себе спокойно домой приехал, поужинал и сел к экзаменам готовиться. И никто его ни разу не потревожил: хоть и сентябрь на дворе, а все равно экзамены - отмазка железная.

 

Вот такой, короче, Штирлиц, таким он был, таким он и остался. Теперь он уж лет десять как в Москве, коммерческий директор, штука баксов в месяц, квартира трехкомнатая, жена, дочка, теща по праздникам - и никто не знает, что он Штирлиц! Никто, вобще - кроме, понятно дело, Плейшнера с Карлсоном. Но Плейшнер давно уж во Владивостоке, а Карлсон, представьте себе, в Стокгольме - долетел-таки, касатик, до своей исторической родины! А Штирлиц, как я уже говорил, в Москве уже лет десять - и вот, значит, однажды вечером приезжает он на Речной вокзал и идет к знакомому таджику, который дынями торгует. И покупает у него спелую дыньку для жены с дочкой, а для себя стакан понятно чего. Потому что жена с дочкой на дачу завтра отбывают, почти на целое лето, можно оттянуться в свое удовольствие, старые песни послушать, старые фильмы посмотреть, Плейшнеру с Карлсоном, кстати, позвонить. А тут и Плейшнер сам ему звонит: я, говорит, послезавтра в Москву прилетаю, договор с Юкосом подписывать. Так что жди в гости.

 

И вот настало послезавтра, приехал Плейшнер, принес банку икры, вина какого-то принес, и пакет травы из кармана достал: вот, говорит, приколачивай! А Штирлиц - он ведь не даром Штирлиц, он просто так приколотить не может. Он сперва к дверям пошел, проверил, все ли замки закрыты; а потом все форточки позакрывал и шторы задернул; а потом пошел телефон отключать - а телефон вдруг кааак зазвонит!

 

Снимает Штирлиц трубку и говорит: алло? А в ответ слышит: привет! Можно ли у вас на минуточку приземлиться?

 

Штирлиц говорит: Карлсон, ты где? А Карлсон говорит: в Москве, однако. Стою сейчас на Китай-городе, кругом одни пидарасы, нормального общения хочу. А Штирлиц говорит: ну, так приезжай, будет тебе нормальное общение. Только в дверь звони своим звонком, а то сегодня нас нет дома.

 

Короче, через минут сорок приезжает Карлсон, видит Плейшнера, слышит Аквариум, нюхает знакомый запах и начинает дико ржать. И достает с кармана пакетик, а в нем шматочек грамм на пять, не меньше. Но шматочек пока откладывается в сторонку, а Карлсону вручается косяк, который он тут же раскуривает. И снова начинает дико ржать.

 

Дальше идет долгая беседа, чужим людям непонятная, но для своих жутко занимательная. А тут ведь все свои, и два Аквариума и один Цой пролетают почти незаметно. Весьма прикольная картина: в цывильной, хорошо обставленной квартире три взрослых дядьки лежат на коврике, хохочут, гонят всякую пургу и подпевают Виктор-Цою: Я бездельник, ооо, мама мама, я бездельник, ООО! А потом все втроем дружно встают и идут к холодильнику.

 

Тут-то и выясняется, что мир неполон и, в общем, отнюдь не совершенен. Прикиньте: колбаса есть, масло есть, икру красную Плейшнер принес, тоже есть, сыр есть, паштет в коробочке тоже есть - а хлеба нету! Жена на дачу забрала, а Штирлиц еще вчера купить собирался, но подзабыл как-то. Ну, и что теперь делать? Надо, короче говоря, за хлебом идти.

 

Друзья говорят: Штирлиц, обломайся, давай все это просто так заточим. А Штирлиц говорит: не, ребята, просто так не в кайф, икру особенно не в кайф просто так точить. К икре, понимаете, нужен белый батон, и чтоб не сильно свежий, но обязательно хорошо пропеченный, пышный, и нарезать его тоненько - короче говоря, сейчас сбегаю, тут недалеко. А вы сидите, как будто вас нет, никому не открывайте; и если я просто позвоню один раз, тоже не открывайте, пока не сбросите все палево, -- но не в унитаз, а в вентиляционную шахту - вот тут вот в решетке специальная дырка, туда и бросайте. А потом уже открывайте. Потому что если я просто звоню один раз, а не своим козырным звонком три плюс три - это значит, что я ментов привел.

 

Тут друзья говорят: а если это будут не менты? Если это кто-то левый вобще позвонит: цыгане, например, или сектанты, или соседи какие-нибудь? А мы все палево сбросим, и что потом будем курить? Нет, не катит, придумай что-то пополучше.

 

Тут Штирлиц задумывается и говорит: ага! У меня же ключи есть! Вы тогда вобще ни на какие звонки не открывайте, типа нету вас, и все. А я, когда приду, своим ключом открою.

 

И, короче говоря, визином глаза закапал, оделся и пошел. Вышел на улицу и понял, что прет его со страшной силой, какой уж тут визин. Мимо бабушек на лавочке кое-как прошел с каменным лицом, поздоровался сквозь зубы и думает: не пойду-ка я по тротуару, а пойду-ка я по тропочке - оно и короче, и темнее, и спокойнее. И сворачивает на тропочку.

 

Идет-идет - и вдруг замечает, что на тропочке стоят три какие-то темные личности и явно в его сторону смотрят. А кругом кусты, не свернешь, а назад поворачивать - там бабушки на подъезде, а вперед идти - там стремные личности, и явно сейчас докапываться начнут, вон ведь как внимательно смотрят, а расстояние все сокращается и сокращается. А что если я сейчас под нормального зашифруюсь, или под пьяного? Нет, нельзя - к нормальным они как раз и докапываются, тем более к пьяным. Во! А зашифруюсь-ка я под что-нибудь стремное - под мента, например! До мента-то они точно не докопаются!

 

И вот, приняв такое оригинальное решение, Максим Максимович Исаев резко меняет осанку, меняет походку и быстрым шагом направляется к темным и стремным с явным намерением проверить у них документы. А темные-стремные от него вдруг как ломанутся! А он за ними! А они от него! А он за ними! Так вот, в быстром темпе, до магазина дошли; а тут уж личности куда-то в темноту свернули и исчезли.

 

Тут Максимыч думает: ладно, хрен с ними, все равно патруль перехватит. Заходит в магазин, покупает батон хлеба, бутылку водки, сиську пива, икры кабачковой зачем-то купил - и продавщица все очень быстро принесла, ни разу не обсчитала, сдачу не швырнула, а сама стоит и глядит на него с опаской. Ну, Максимыч ей типа улыбнулся, сказал "хорошо работаешь" и домой пошел.

 

Идет, а навстречу ему патруль. Поровнялись, честь отдали. Максимыч им кивнул, остановился, спросил, как служба. Постояли, побеседовали, ППСы слегка пожаловались, Максимыч им слегка пообещал, типа разобраться и все такое, потом оперативку дал, на трех хулиганов, которые по микрорайону шастают. И дальше пошел.

 

Идет, а навстречу ему парень с ротвейлером, а ротвейлер без намордника. Максимыч остановился, парня к себе подозвал и сделал ему такое вливание, что даже ротвейлер перепугался и за хозяина спрятался. А бабушки на лавочке аж привстали, когда Максимыча увидали. Но Максимыч их не заметил, а просто в подъезд вошел, подростков каких-то с площадки шугнул, поднялся на лифте, открыл знакомую дверь. Смотрит - а там НАРКОМАНЫ!

 

В натуре, наркоманы! На ковре развалились, в пепельнице бычки от "Беломора", на магнитофоне наркоманская музыка, а квартира вся анашой провоняла - короче, хоть сейчас патруль вызывай! Ну, Максимыч стоит и думает: так. Квартира, вроде бы, моя, это точно - я же ее своим ключом открыл. А откуда здесь наркоманы? И тут вдруг один наркоман поворачивается и говорит: О! Штирлиц пришел! Сейчас хавать будем!

 

От такой вот наглости Максимыч зависает секунды на три, а потом каак заорет: ЧУВАКИ! НЕ ССЫТЕ! Я НЕ МЕНТ! Я ШТИРЛИЦ! У пацанов аж челюсти отвисли: елы-палы, Штирлиц, успокойся, и в мыслях не было, что ты мент! А он и плачет, и смеется, и кричит (правда, уже потише): Я Не Мент! Я Штирлиц! я не мент! я Штирлиц! Пацаны! чуваки! братишки! клево-то как! Прямо заново на свет родился! Блин! чума! Я Штирлиц! Короче, давайте хавать поскорей; а потом еще покурим.

 

ПРО РАСТАМАНА БОРЮ

 

 

Жил когда-то Питере растаман Боря. И вот он жил, а в это время в Непале на елках шишки росли, смолою наливалися, кристаллами покрывалися - в общем, не шишки, а заглядение. И подумал растаман Боря: несправедливо это как-то получается. Я люблю шишки, шишки любят меня, но вот я здесь, а они в Непале. А надо бы наоборот - то есть, не наоборот, а, в смысле, надо бы иначе: чтобы я там - и они там, а потом я здесь - и они здесь, и вот это будет правильно и позитивно. Так подумал растаман Боря, и полетел в Непал за шишками.

 

Прилетает - а там никаких ёлок и никаких шишек! То ли не сезон, то ли выкосили, то ли просто места знать надо, а он же ж их не знает, он же ж только что прилетел. И вот он идет по улице, и сразу видит местного жителя, который по глазам видно, что знает. Он к нему подходит и спрашивает: шишки есть? По-английски, понятно дело - а житель то ли понял, то ли не понял, но почему-то смеяться начал. И поди его разбери, почему он смеется, этот таинственный восточный человек! Но растаман Боря над этой загадкой голову не ломал, а просто достал из кармана зеленую бумажку с портретом американского президента.

 

Тут местный житель смеяться перестал и на бумажку уставился: видать, понравилась ему бумажка-то! Смотрит он на бумажку и достает из кармана плитку твердого, размером с эту самую бумажку. А растаман Боря говорит: нет, мне твердого не надо, мне шишек хочется. Тогда местный житель говорит: надо ждать. И уходит куда-то за угол, а через десять минут возвращается с чем-то, похожим на небольшой зеленый веник, вроде как у нас возле бани продают. И говорит растаману Боре: вот тебе шишка!

 

Ну, у Бори от одного взгляда на эту шишку крыша слегка уже поехала, а когда он ее попробовал, то и вовсе потерялся, а нашелся только через три дня. И подумал: ого! И больше ничего - только эхо в голове: ОГО! ОГО! ОГО! Вот это шишка!

 

Потом к нему, конечно, мышление вернулось. Он даже вспомнил, кто он и где он, и какой сейчас год, и сколько будет семью восемь - короче говоря, всё вспомнил. И даже вспомнил, зачем он сюда прилетел и где такую шишку покупал, и надо бы еще прикупить, чтобы друзей угостить, да и самому угоститься не мешало бы. И вот он нашел того местного жителя, а житель с утра уже так угостился, что ходить не может, или не хочет, или просто неинтересно ему куда-то там ходить, если на кармане плитка твердого лежит. И вот он снова тычет растаману Боре эту плитку, а Боря говорит: нет, я шишек хочу. Тогда житель говорит: шишки трудно. Шишки ходить надо. А Боря спрашивает: куда ходить надо? А житель просто берет и пальцем показывает: туда, мол, ходить надо.

 

Смотрит Боря, куда он показал - а там широкое поле, а в поле высокие травы, очень на траву похожие. Пошел Боря в то поле, смотрит - а это совсем не трава! Просто разные травы беспонтовые, но травы среди них - ни единого кустика. Прошел Боря через всё поле и забрел в лес - ну, а в лесу, понятно дело, трава не растет, в лесу только грибы могут быть, и то не во всяком. Вышел Боря из лесу, смотрит - а там горы. Стал он в горы взбираться, взобрался на самый верх, смотрит - а там море! хотя, откуда в Непале море? Вроде бы, по географии, не должно быть в Непале моря - то есть, не совсем понятно, где он там море нашел, однако что-то такое обязательно было, раз он назад повернул. И с гор спустился, и снова через лес через поле вернулся к местному жителю.

 

А тот его спрашивает: нашел? А Боря отвечает: ничего не нашел, хотя всё поле обошел. И через лес прошел, и на гору взошел, и до самого моря дошел - всё равно ничего не нашел. Тут местный житель хитро так ему улыбнулся и спрашивает: лес ходил - наверх смотрел?

 

Тут-то Боря всё и понял! Побежал он в лес и посмотрел наверх - а там вооот такие ветки, а на них вооот такие листья и вооооот такие шишки! Вот это да! Радость-то какая! Растаман Боря их даже рвать не стал, потому что не надо их рвать, достаточно просто посмотреть, и уже на всю жизнь хватит, и потом хоть укроп кури, хоть петрушку, хоть вобще не кури и не пей - всё равно переть тебя будет не по-детски, когда эти шишки вспомнишь. Вот такие, значит, шишки!

 

И вот вернулся растаман Боря в Питер, а к нему сразу журналисты набежали - он же ж не просто так растаман, а еще и музыкант и поэт, и даже очень известный и популярный - ну, не настолько чтобы совсем уже очень, но ничего, на жизнь хватает. Ага. И вот, приходят к нашему популярному растаману Боре разные журналисты и задают ему разные вопросы, насчет Непала и вобще. А один журналист спрашивает: скажите, пожалуйста, чему вас научил Непал? А Боря отвечает загадочно: Непал научил меня смотреть вверх. И никак не комментирует, улыбается только. Так вот до сих пор и улыбается.

ПРО УДАВОВ

 

 

Там была трава. Целое поле, аж до горизонта. А рядом был лес, типа джунгли. А в джунглях жили два удава. Старый и молодой.

 

Старый удав работал кролиководом. В понедельник кроля заглатывал, потом всю неделю переваривал, выходные отдыхал, а потом опять понедельник. И больше он ничего не делал, даже никуда вобще не ходил: кроли в лесу сами паслись, сами размножались и сами к нему приходили. А молодой был молодой, он с профессией ещё не определился. И вот он лазил везде и всюду, чисто по приколу. И однажды заполз на поле, где росла трава.

 

А трава та была не простая, нереально вобще конкретная была трава. От одного запаха на три дня угореть можно. И вот молодого удава накрыло плотным кумаром, и пригрузило по неопытности. Пробило сперва на думку, а потом и на измену.

 

Ну, то есть, он понял: на самом деле удав это примитивный агрегат для превращения мелкой живности в говно. И мозгов ему Бог не дал, и красотой обделил, и нет в его жизни никакого позитива. И вот он лежал и себя чморил. А прямо над ним всякая мелкая живность весело порхала, жужжала-щебетала, счастье излучала. Тоже ведь не красавцы, и мозгами не богатые, зато какие позитивные! Посмотрел на них удав, и понял, что ему надо делать.

 

Он, короче, понял, что он должен летать! И начал думать, как это можно сделать при его физических данных. А данные минимальные. Голова да хвост, и больше ничего. Но трава ему говорит: и при таких параметрах можно от земли оторваться. Вот, например, можно свернуться в такую плотную спираль, типа пружина. А потом резко сжаться и выстрелить собой прямо вверх. Метра на три улететь можно, и даже выше. А как вниз пойдёшь, тогда приземляешься на хвост, снова пружинишь и снова взлетаешь. И так летаешь, пока не надоест.

 

Молодой попробовал, и у него получилось. Не сразу, но где-то через месяц он эту тему освоил. И тут же полетел показывать её старому удаву.

 

А старый лежит, кроля переваривает. Глаза полузакрыты, на морде полная отрешённость от земной суеты. Не сразу даже и заметил, какое движение вокруг него происходит. А как заметил - типа улыбнулся. И сказал: молодой прыгает... И снова глаза полузакрыл и отморозился.

 

Задумался молодой над его словами. И понял, что старик таки прав. Нельзя эти прыжки полётом называть. А потом ещё раз на старика посмотрел - и понял, что летать таки надо учиться. Потому что превращаться в такое вот амбивалентное бревно, это не вариант вобще.

 

И он вернулся на поле и спрятался в траве. Залёг и задумался, как ему усовершенствовать технику полёта. А трава ему подсказывает: ты, удав, длинный и толстый. А чтобы летать, надо быть широким и плоским. То есть, ты уже умеешь очень высоко выпрыгнуть, но это полдела. Дальше надо прямо в воздухе раскататься в блин и поймать восходящий поток. И парить себе под облаками, легко и свободно.

 

Удав просёк эту тему. И начал тренировать свою растяжку. Нашёл на поле проплешину, заполз туда, и по сто раз в день в лепёшку расплющивается. А потом снова в колбаску скатывается. А через каждые сто раз сворачивается в пружину, подпрыгивает повыше и в воздухе разворачивается. И снова на землю падает, и снова продолжает растяжку наращивать. Миллиметр за миллиметром, жёстко и упорно.

 

А в это время заходит на поле слон. И видит, что удав исполняет. Серьёзная такая змея, с очень важным видом раскатывается - и подпрыгивает! А потом на землю плюх! - и опять раскатывается!

 

Слона, короче, сразу пробивает на хи-хи. Потом на ха-ха. Потом он вобще под стулом. Удав тогда прекращает свои упражнения. И видит, как слон смешно смеётся. И его тоже пробивает на хи-хи. А через десять минут они друг друга спрашивают, кто с чего смеялся, и опять начинают смеяться. Слон говорит: змея смешная, хернёй страдаешь. Ты классика читал, советского? Рождённый ползать - летать не может!

 

Удав тогда обиделся и говорит: я классика читал французского. - И проглотил слона, как французский классик. Недаром же он столько времени растяжку тренировал!

 

И вот слон сидит внутри удава. И ему там некайфово уже по-серьёзному. Он говорит: хорош прикалываться, выпускай меня уже. А удав ему злобно так: сиди, бегемот носатый, пока не переваришься!

 

Тогда слон туда-сюда, а оно никуда и никак. Тогда он говорит: хрен с тобой, колбаса упрямая. Перевари меня, попробуй. А я тебе за это никогда не скажу про реальную технологию полёта.

 

Удав говорит: гонишь, ты её не знаешь. Слон говорит: знаю, но убеждать тебя не буду. Если не веришь - тогда заткнись, и не мешай мне перевариваться.

 

Тогда удав говорит: ладно, вылезай. Слон вылез. И сразу сел в позу лотоса и начал медитировать. И через пять минут он уже знал оптимальное решение.

 

И он сказал: значит, так. Сначала ты должен заглотить в себя столько воздуха, сколько было меня. И никуда его из желудка не выпускать. А потом ты должен раскочегарить свой внутренний обогреватель. Для этого делаешь вот такое дыхание, гоняешь цы отсюда туда и обратно, хвостом делаешь сначала 9 раз так, потом 9 раз так, потом 9 раз по спирали, и снова, и снова, и снова. Воздух нагреется, и ты полетишь.

 

Удав попробовал, и у него получилось. Через месяц он уже легко подымался над конопляным полем и часами висел в воздухе, пугая птиц и удивляя самолёты. А потом он догадался юзать хвост как пропеллер. И полетел сразу в лес, к старому удаву.

 

А старый лежит, кроля переваривает. Увидел молодого, улыбнулся и говорит: молодой понтуется.

 

Молодой тогда воздух спустил и мягко приземлился. И говорит: не понтуюсь, деда, а летаю!

 

А старый говорит: ну, допустим, я тоже летаю. Но я же так не понтуюсь! Я летаю более по взрослому - без пафоса, без показухи, без понтов этих дешёвых. Просто летаю, и всё.

 

Тогда молодой говорит: что-то я ни разу не видел, как ты летаешь. А старый отвечает: не видел, так посмотри.

 

Молодой смотрел-смотрел, да так ничего и не увидел. Как лежал старый удав, так и лежит. Ни одной мышцей не шелохнул, и даже выражения лица не поменял. Просто лежит, и всё.

 

Тогда молодой спрашивает: деда, а когда лететь-то будешь? А старый говорит: смотри внимательнее. Я уже лечу.

 

Молодой говорит: кого ты лечишь? По-моему, ты не летишь, а на брюхе лежишь.

 

Старый отвечает: это ты верно подметил. Я лежу. И, в то же время, я лечу. Прямо как Юрий Гагарин. Только он на орбите в тесной жестянке болтался, а у меня козырный большой звездолёт. Целая планета, понимаешь.

 

Молодой был не тупой. Посмотрел он деду в глаза, и понял, что это не демагогия, а реальное чувство очень высокого полёта. Такая запредельность, что даже птицы себя так не чувствуют. И подумал молодой: ни фига себе, дед устроился! и в космосе летает, и работу работает - вот это мудрец! И ещё он подумал: да... зря я так много с травой разговаривал. Лучше было с дедом хоть раз по-нормальному поговорить. Тогда бы и я давно бы на взрослом звездолёте летал, и не парился бы всеми этими пионерскими заморочками.

 

И сказал он старому удаву: так чего же ты раньше молчал, дедушка? Раньше я бы твою тему понял бы и принял, и летали бы мы с тобой как два астронавта. А теперь у меня уже свой стиль сформировался. Какой ни есть, а свой. И я небо всем телом прочувствовал, и на облака смотрел сверху вниз - а это уже не забывается. Это мне очень мешает в твой звездолёт врубаться.

 

А старый удав говорит: да не это тебе мешает. Тебе мешает, что ты неправильно питаешься. Ты на себя посмотри: худой какой, бока обвисли, рёбра торчат... Оттого и в голове у тебя сквозняк. Ну, да ничего. Сейчас кролик придёт, ты его скушай. А как скушаешь, тогда полежи спокойно, и совсем ни о чём не думай. И через полчасика будешь со мной на орбите, это я тебе гарантирую.

 

И вот пришёл кролик, и молодой удав его захавал. И хорошо ему стало. Не то, чтобы сразу на орбиту, но сразу так позитивно, как будто приобщился к мудрому и главному. А потом кролик переварился, и снова в небо потянуло. Но тут пришёл новый кролик, и молодой удав скушал ещё кролика. И снова приобщился к мудрому и главному. И вот так вот, кролик за кроликом, приобрёл наконец правильное орбитальное чувство.

 

Так они с тех пор и летали, старый и молодой. Спокойно и основательно, по-здоровому, без извращений. А кроли быстро осознали, что космонавтов теперь двое. И стали по двое приходить, раз в неделю по понедельникам. А однажды на выходных вобще толпой прибежали, человек триста. Шерсть дыбом, уши под подбородком завязаны, глаза безумные, зубами щёлкают - убивать будут...

 

Это у кролей бывает такая байда, называется кроличье бешенство. Раз в двенадцать лет на них находит, когда Юпитер в Близнецах. Они тогда буянят не по-детски, грызут всё что шевелится, зачищают весь лес до самого поля - и возле поля останавливаются. И забывают свою тему, и снова начинают по понедельниками на работу ходить. Удавов такие расклады вобще не стремают. Удавы, когда такое видят, они сразу залезают на деревья и спокойно ждут, пока кроли перебесятся. А потом обратно слезают, и всё по-старому.

 

Ну, вот, значит, старый удав залез на дерево. А молодой на дереве сидеть обломался. Он надулся-разогрелся и улетел на поле. И залёг там уютно так, по-взрослому уже залёг. Никакие измены его теперь не долбили, заморочки не парили, а просто было такое чувство, как будто вечер и домой вернулся. Так вот он откайфовал недельку, или даже две. Или даже три, он даже сам не понял. Он просто жил, и в какой-то момент почувствовал, что уже много времени прошло. И тогда он снова надулся-разогрелся и взлетел над полем.

 

А на краю поля слон тусуется. И занимается чем-то очень небанальным: на месте вертится, хвостом крутит, хоботом крутит - а потом подпрыгивает и ушами машет! Не иначе как летать учится...

 

Оказалось, так оно и есть. Слон говорит: я и сам не верил, что ты полетишь. Впаривал я тебе какую-то фигню, а ты её схавал - и полетел! Вот тогда я крепко задумался, и придумал себе свою фигню, и теперь пытаюсь в неё поверить. Да что-то всё не верится и не верится...

 

Удав говорит: слоник, не обламывайся - летать могут все! Мне тут недавно дед одну секретную технику показал, в натуре самую крутую. Там вобще масса тела никакой роли не играет, там вобще от земли отрываться не надо. И ничего вобще делать не надо: только кролика захавал - и сразу в космос!

 

Слон задумался. Потом говорит: космос это ништяк. Но вот кролик... Вонючий, волосатый, и у внутри у него говно... Слышь, удав: а кролик - это принципиально? Ну, то есть: может быть, можно что-то другое схавать - и полететь?

 

Удав говорит: это я пока не в курсе. Это надо у деда спросить.

 

И полетел он к деду в лес. Прилетает - а лес уже совсем не тот! Большое дерево, на котором старый удав сидел, всё сточено в мелкую стружку! Все кусты обглоданы, все лианы на полу валяются - и от деда только хвост обгрызенный остался...

 

Смотрит молодой удав на эту разруху, и понимает, что с этого момента он уже не молодой. Если старого не стало - значит, он теперь за старого. И пора ему теперь на землю спуститься, кроликами вплотную заняться, семью завести, молодого воспитать... Но на земле такой дестрой! такая помойка! а в небе так просторно и чисто - ну, ещё хоть минуточку повисеть бы!

 

И вот удав завис над лесом, типа на одну последнюю минуточку. А тут подул восточный ветер, и его обратно на поле снесло. Тоже типа на последний денёчек... или на последнюю недельку...

 

А там слонок уже заждался весь. Спрашивает: ну, и что твой дед сказал? хавать кролей - или не хавать?

 

Удав говорит: дед мой ничего теперь не скажет - его самого кроли схавали. И вся его наука ему ни грамма не помогла. Твоя-то наука гораздо полезней оказалась. Так что нечему тебе у покойника учиться, ты на этом районе самый мудрый учитель. А что с кролями делать - это уж мне решать. И я этих тварей по-любому буду хавать, душить, кастрировать и на деревьях вешать! Но не сегодня...

 

Понял слон, что удав сегодня сильно не в настроении; вздохнул и отошёл тренироваться на другой край поля. Что у него получилось, о том я точно сказать не могу. Вроде бы кто-то видел недавно летающего слона не то в Керале, не то в Карнатаке - но, может быть, это был какой-то другой слон, а может, просто глюк. Да и говорящий удав, если честно, в природе маловероятен, а уж тем более летающий. И кроличьего бешенства на самом деле не бывает, а только собачье и коровье. Но всё остальное в этом рассказе чистая правда, особенно про траву. Трава такая реально есть, это многие подтвердить могут.

 

 

 

 

 

 

 

 

Добавлено:

КАК ДЖА РАСТАМАНА ИСПЫТЫВАЛ

 

 

Хорошо, когда чувак спокойный и позитивный. Тогда ему и жить легко, и с людьми легко, и даже Джа его любит и посылает ему жирные кайфовые темы. Но это сейчас оно так - а когда-то раньше было почти наоборот.

 

Совсем ещё раньше, когда мир совсем молодой был. И Джа тогда молодой был, и прикалывался с этого мира как с новой игрушки. На все кнопочки нажимал, все опции задействовал, все настройки менял по десять раз на дню. И с людьми по-всякому морочился, в дела ихние активнее вмешивался, отдельно с каждым разговаривал и не обламывался по десять раз одно и то же объяснять. Нервных цывилов Он притормаживал, нудных ботаников простёбывал, хитрых чертей обламывал, и все злые гоблины обязательно получали от Него Вселенский Щелбан. А спокойных и позитивных людей Джа любил и уважал, но тоже в покое не оставлял.

 

Он их ИСПЫТЫВАЛ. То есть, специально устраивал им всякие жёсткие неприятности, чтобы проверить прочность ихнего спокойствия и позитива. Зачем Он это делал? О том Он, по ходу, и сам не знал. Когда один страдалец Его спросил: Господи, за что? - Джа ничего конкретного ему не ответил, а просто показал бегемота и левиафана. И чувак прозрел, что Джа нереально крутой. А больше ничего не понял, но переспрашивать не стал.

 

И вот, значит, жил тогда в Эфиопии Айван-растаман, вобще нереально спокойный и непрошибаемо позитивный. Он был такой по жизни плавный и расслабленный, никогда не дёргался, не суетился, не парился, не замарачивался, не напрягался - и вобще ничего не делал, только ганджу курил. Но даже ганджу он никогда не мутил, не выпрашивал и не выращивал. Ему люди приносили, потому что они его любили и уважали, считали очень мудрым человеком и чуть ли даже не святым.

 

Каждый вечер приходили к Айвану люди, угощали его драгоценным дымом и ждали, чего он скажет. А он говорил немного, и почти всегда одно и то же. Покуривши, он улыбался и говорил: ХОРОШАЯ... Даже если ганджа была в натуре галимая, он всё равно говорил: Хорошая... - потому что нельзя на траву мудрости ругаться, какая бы беспонтовая она ни была. А если ганджа была реально хорошая, то через некоторое время Айван говорил: НИШТЯК! И он почти всегда говорил: Ништяк!, потому что ганджа в те времена почти вся была реально хорошая. А если она была просто офигенная, тогда Айван делал ещё пару напасов и говорил: ДЖА ВЕЛИК! ДЖА ЖИВ! СЛАВА ДЖА! И все его гости понимали, видели и чувствовали, что Джа велик и жив, и присутствует в каждом атоме этого мира, наполняя его теплом и светом. И накрывала их тихая радость, и они говорили: СЛАВА ДЖА!

 

А Джа смотрел на эту благодать и тоже радовался. И долго Айвана испытывать не решался, чтобы не обламываться. А когда всё-таки собрался испытать, то придумал ему испытание полегче и попроще, детское совсем.

 

Короче, однажды поутру пошёл Айван в сортир - а сортир у него был во дворе, маленький такой деревянный домик. И вот, выходит из сортира - а вместо хаты ровная такая площадка из мелких угольков, догорающих помаленьку! А Джа наверху сидит и пасёт, как же Айван на эту беду отреагирует.

 

Ну, Айван покачал головой, почесал в затылке и полез на дерево. Достал из дупла заначку, трубку набил, от пепелища прикурил, под деревом присел, улыбнулся и сказал: Хорошая... А через некоторое время сказал: Ништяк! А потом улёгся на траве, и засмотрелся в небо, и сказал: Джа велик! Джа жив! Слава Джа! А вечером пришли к нему люди, принесли матрац и одеяло, и ништяков всяких натащили, и ганджубаса стакана четыре. И каждый звал его к себе, но Айван никуда не пошёл. Потому что накурили его так, что ходить он уже не мог.

 

Посмотрел Джа на этот праздник и подумал: Хорошая у тебя трава, Айван. Очень хорошая. Потому-то ты такой спокойный и позитивный: накурился - и по фигу, что хата сгорела. Но что ты про всё это скажешь, если тебя хоть на полчаса попустит?

 

И превратил Джа всю Айванову траву в петрушку. На другое утро Айван проснулся, умылся, ништяков заточил, забил, покурил - и сказал: Хорошая... Но как-то неуверенно он это сказал, почти с вопросительной интонацией и даже без улыбки. А потом понюхал свою дрэду, улыбнулся и сказал: Ништяк! А под вечер пришли к нему люди, принесли нормальной травы, он с ними нормально пыхнул. И сказал, как обычно: Джа велик! Джа жив! Слава Джа! И остался под деревом ночевать.

 

И понял Джа, что этого растамана никогда уже не попустит. И что все каннабиноиды выйдут из его организма только лет через семь после смерти. И что с такими друзьями он уж точно без нормальной травы не останется, и будет всегда спокойным и позитивным.

 

Всё это понял Джа, и за Айвана порадовался - но это только с одной стороны. А с другой стороны, Джа подумал: надо бы тебе, парень, уже серьёзное испытание устроить! Такое, чтобы и по накурке тебя пробрало!

 

И сказал Джа своим ангелам: а ну-ка, летите к фараону и сообщите ему, что у Айвана-растамана есть хорошая трава! Но ангелы дружно возмутились: что же это ты нам, Господи, стукачами заделаться предлагаешь? И отказались к фараону лететь, и стали наперебой предлагать Господу покурить, расслабиться и оставить Айвана в покое.

 

Ну, Джа с ними покурил, расслабился и всё такое. Но Айвана в покое не оставил и от замысла своего не отказался. То есть, Он, конечно, в открытую закладывать растамана не стал, а послал фараону вещий сон с тонким намёком.

 

Приснились фараону коровы, толстые и тощие. Тощие вышли из моря и хотели захавать толстых. Но тут появился странный человек: волосы как прутья, жёлтые зубы, красные глаза и широкая-широкая улыбка. И он заиграл на дудке, и все коровы сразу заулыбались и засмеялись и стали танцевать все вместе, толстые и тощие. А странный человек улыбнулся и сказал: Джа велик! Джа жив! Слава Джа!

 

Фараон сразу понял, что сон этот не простой, а со смыслом. И созвал своих мудрецов, чтобы они его растолковали. А мудрецы сказали: да это же проще простого! Человек, который тебе приснился - это Айван-растаман из Эфиопии; а волшебная дудка в его руках означает, что у него есть хорошая трава.

 

А фараон был до чужой травы феноменально жадный. Хотя своей у него было три мешка, он всё равно попёрся в Эфиопию. И завалил к растаману во двор, вместе с целой шоблой своих бойцов, и потребовал немедленно выдать наркотики.

 

Айван не высадился и не напрягся, а просто улыбнулся и достал из дупла свою заначку. Фараон её схватил, свернул из папируса преогромный джойнт, в три затяга его высосал и - ничего не почувствовал. Потому что это же была та самая трава, которую Джа в петрушку превратил.

 

Фараон скривился, плюнул и сказал: Что за шняга? Ни грамма не прёт, только горло дерёт! А Айван ему ответил: Хорошая... И улыбнулся, как обычно.

 

Тут фараон вобще взорвался: Чё лыбишься, олень?!!! Смешно тебе, чмо лохматое?!!! Так сейчас ты у меня зарыдаешь!!! А ну-ка, парни, взять его!!!

 

И взяли воины Айвана. А Джа этот момент - ну, не то что бы прозевал, а просто по работе отвлёкся. То ли у него сверхновая взорвалась, то ли пространство-время не по делу искривилось - короче говоря, проблема там была серьёзная. Но когда Джа её разрулил и снова про Айвана вспомнил, Айван уже на колу сидел. С ободранной кожей и переломанными конечностями. И улыбался по-прежнему, но уже ничего не говорил. Потому что при смерти был.

 

И понял Джа, что накосячил не по-божески. Хорошее место разорил, хорошую траву запортил, хорошего человека ни за что угробил. Ай да Всевышний! ай да Всемилостивый!

 

И разгневался Джа, и спустился с небес, и выписал всему фараонову войску Вселенский Щелбан. И загнал всю бригаду в землю на пятнадцать метров, а фараона бросил в озеро огненное, и была ему смерть вторая, то есть полная и окончательная. И восстановил Джа Айванову хату вместе с мебелью и прочим барахлом, и превратил всю петрушку обратно в траву. И отремонтировал Джа Айвана, и навёл на него крепкий сон, и перенёс его в дом, а Сам вернулся на небеса. Пятнадцать минут у Него эта работа заняла - он же Всемогущий, сами понимаете.

 

А Айван-растаман проснулся, и дальше всё как обычно, как ни в чём не бывало. Позавтракал, покурил, по двору потусовался, посидел, полежал, на гитарке поиграл. А вечером пришли к нему люди, и принесли и очень много травы и очень много ништяков, и дивились тому, что он жив-здоров и хата его один в один как до пожара. И только Айван ничему не удивлялся и никак эти чудеса не комментировал. А просто пыхнул нормально и сказал: Джа велик! Джа жив! Слава Джа!

 

И тут посетил их Джа. Его никто не увидел, но все почувствовали: это такая мощная всеобъемлющая вибрация, когда и свет становится ярче, и звук становится объёмнее, и вроде бы страшно, но, в то же время, легко и радостно, как будто летаешь во сне. Люди все притихли и замерли, а Айван-растаман улыбнулся и сказал: Здравствуй, Джа!

 

И сказал ему Джа: Слава тебе, Айван-растаман! Выдержал ты все Мои испытания - такие суровые испытания, что и Я бы, пожалуй не выдержал! А ты и спокойствие сохранил, и позитива не растерял, и улыбка твоя ни на мгновение не померкла! И Я, Создатель неба и земли, обещаю тебе, что отныне будешь ты вечно жить в Моём раю и никаких проблем у тебя никогда не будет!

 

Айван сказал: Ништяк, Джа! Вечно жить в раю прикольно, да. Я уже давно в нём живу и каждый день радуюсь. А то, что я такой спокойный и позитивный - так это ведь чисто Твоя заслуга. Ты меня бережёшь, царскими подгонами балуешь и злобных мудаков ко мне не подпускаешь. И никаких суровых испытаний со мною сроду не случалось - это же рай, их тут в принципе быть не может.

 

Джа сказал: Айван, хорош гнать! Как это "испытаний не случалось", если я же Сам только что тебе их устраивал! Дом твой спалил, траву твою в петрушку превратил, а потом прислал к тебе фараона с войском - неужто это для тебя не испытания?

 

Айван сказал: Прости меня, Джа, но трудно мне в это поверить. Ты же добрый и справедливый, вряд ли ты мог бы мне такую херню устроить. Смотри сам: вот она моя хата, не сгорела ведь моя хата, всё ништяк с моей хатой. И на двор погляди: где там тот фараон и где его войско? Может, спрятались? Так дворик-то махонький, где им прятаться? Вот, разве что про петрушку, это как бы на правду похоже. Иногда покуришь офигенную траву - а она как будто в петрушку превратилась, ноль эффекта, один кашель. Ну, и что? Ну, и ничего: пару дней попустишься, потом снова покуришь, и снова трава офигенная. По мне, так это и не испытание вовсе, а просто мелкое недоразумение.

 

Джа спросил: а кол в жопе, по-твоему, тоже мелкое недоразумение?

 

Айван ответил: Ну, нет. Кол в жопе - это, наверно, серьёзная неприятность. Если бы со мной такое случилось, я бы, наверно, помер. А к чему Ты вдруг про это разговор завёл?

 

Джа сказал: Айван, Айван, как ты меня разочаровал! Я-то думал, ты несокрушимый праведник - а ты, оказывается, всего лишь обдолбанный придурок! Докурился до анабиоза, живёшь как под наркозом, страданий не чувствуешь, испытаний не помнишь, а только повторяешь как попугай: джя-велик, джя-жив, слава-джя... Ну и куда тебя такого в рай? Зачем тебе жизнь вечная, если ты от жизни в конопле спрятался?

 

Айван ответил: А что мне делать, Джа, если Ты реально велик и реально жив, а конопля реально прёт? Только и остаётся, что в раю жить и Тебя славить. Вот это реально жизнь, и никуда я от неё не прячусь. А на колу сидеть, это не жизнь вобще - это и больно, и для здоровья вредно, и выглядит похабно, и нет в этом никакого смысла. Даже я, обдолбанный придурок, это понимаю - а уж Ты, Премудрый и Всеведущий, тем более это понимать должен.

 

Хотел было Джа растаману сказать: Не прав ты, Айван, есть в страданиях великий смысл! Но задумался и понял, что не сможет Он этот смысл объяснить - ни Айвану, ни даже Самому Себе. А потому и прекратил спокойных и позитивных людей испытывать. И живут они с тех пор легко и ненапряжно, и Джа им подарки шлёт и в беде не оставляет. Вот только жизни вечной Он им не даёт - но они, по ходу, в ней и не особо нуждаются.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Revi   
19/2000

Прикольные сказки))))))ТОк некоторые я уже слышал :a1:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
MarleyG   
5/2000

Эти самые сказки рассказывает Александр Гайдук... :tatice_061:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Nikintos   
8/2000

Эти самые сказки рассказывает Александр Гайдук... :tatice_061:

Ага, они с его сайта, помоему rastamantales.ru

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Гость Дудец   
Гость Дудец

тем не менее человек старался....он же не сказал что сам их придумал!!!! :drinks_cheers1:

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Kondrat_OLK   
0/0
Эти самые сказки рассказывает Александр Гайдук.

Всю жизь вроде Дмитрием кликали, теперя вот Александром. Шифруецо, однако.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение

×